• «Первые советы приехали к нам, как звери…»: гродненцы о событиях 1930-х. Воспоминания издали отдельной книгой

    «Первые советы приехали к нам, как звери…»: гродненцы о событиях 1930-х. Воспоминания издали отдельной книгой

    «Истории с гродненских улиц» – новая книга Руслана Кулевича. Фактически это сборник воспоминаний пожилых гродненцев о 1930-40-е гг. О жизни, деньгах, страхе, смерти, любви и о самом городе над Неманом, пишет belsat.eu.

    Журналист Руслан Кулевич некогда специализировался на новостях из городской жизни, происшествиях, культурных событиях. Но пару лет назад занялся поиском и записью интервью с гродненцами, рожденными в 1920-1930-х годах. Так сказать, с последними свидетелями эпохи.

    Интерес в том, что воспоминания обычных людей – не политиков или военачальников – обычно лишены идеологических штампов и позволяют увидеть жизнь совсем другого города.

    «Истории с гродненских улиц» – уже вторая книга Кулевича. На презентацию пришли без преувеличения сотни людей. Пришли также и некоторые герои книги, чтобы пересказать увиденное и пережитое 60-70 лет назад перед аудиторией.

    Первые Советы. «Смотри, какой холера, говорил, что любит…»

    «Знаю, что до войны отец даже камни на поле собирал на строительство нового дома, – рассказывает Софья Закшевская (1936 г.р.), – началась война, пришли советы и землю забрали. Сказали, крышу над головой имеете, то второй дом вам и не нужен. Так мы и лишились своей земли… Коня у отца забрали. Люди боялись что-то говорить или возмущаться, так как многих вывозили, как у нас говорили «на белые медведи».

    Были у нас соседи на улице: Чугай, Кулагины, Лапыши, Строцкие и Пентки. Последних вывезли с концами из-за того, что у них зять был полицейским. Люди плакали и кричали. Коммунисты стремились вывозить людей ночью, но нашу семью не тронули. Откуда у них была та агрессия, мы не знали. Первые советы приехали к нам как звери. Они себя считали героями, а нас бюрократами и миллионерами…

    Один из тех «героев» даже за моей сестрой ухаживал, перед мамой на колени падал, чтобы она отдала дочь за него. Обещал, что брак брать будут в храме, несмотря на то, что коммунист. Его после перевели в другое место, начал письма писать. Мать переводила с русского. После уже написал, что в костел его цепями не затащишь. Мать тогда сказала сестре: «Смотри, какой холера, говорил, что любит, а теперь его цепями в храм не затащишь!»

    «Найн пфенниг. Бом-бом!» Оккупация

    «Помню, как немцы со своими «фрау» ходили по Нарутовича с большими собаками, – рассказывает Иосиф Компель (1935 г.р.), – а мы – местные ребята – протягивали руку и просили пфенниг. Помню, немец один сказал: «Найн пфенниг. Бом-бом!» Бросил нам конфет. Мы тогда вроде и боялись немцев, но все равно к ним шли. Особенно страшно было, когда видели рыжеволосых или офицеров. Один так мне дал ногой, что я до сих пор ту боль помню. Сапоги у них были необычные, подкованные. От удара у меня аж кожа лопнула на спине…

    В 44-м у меня был целый арсенал оружия, половина сарая была этим запихана. Там и гранаты были, и пистолеты, автоматы немецкие и советские… Все, что хочешь, только танкеаи пушки не было. А их, подбитых, хватало на полях, вдоль Грандитской. Иногда несешь пистолет в сарай и смотришь, что у тебя такой уже есть, то выбрасывешь его через забор к соседям.

    Мы ничего не боялись и собирали все, что нужно было. Были случаи, что снимаешь с убитого немца сапоги, как потянешь – и вместе с ним половина ноги отрывается. Часть тела выбрасывешь, а сапоги себе берешь. Такое было время».

    Вторые Советы. «Человек стоял в кузове машины с петлей на шее…»

    «Советская власть в первые послевоенные годы стала наводить порядки в городе, – рассказывает Тамара Кежковская (1933 г.р.), – как-то с братом мы оказались на Советской площади, а там много народу собралось. Не могли протиснуться. Оказалось, там вешали людей… Русские вешали полицаев или кого-то еще там. Помню, человек стоял в кузове машины с петлей на шее, а когда она отъехала, он повис. Страшное зрелище.

    Арестовывали учителей, писарей и других. За любую связь с поляками или немцами. Даже если в колхоз не шел, то могли вывезти. Мы жили недалеко от тюрьмы. Помню, как несколько раз по Песочной вели колонну людей: впереди женщины, далее мужчины. Перед ними солдат с ружьем, по бокам охранники с собаками. Вели на перрон, грузили в товарные вагоны и вывозили…

    Знаете, я жила у своем Гродно при поляках, при первых и вторых советах, при немцах и при белорусах. В своей независимой Беларуси мне живется лучше всего».

    Читайте по теме:


    Вы должны залогиниться чтобы оставить комментарий!

    Комментарии: 115

  • Более 10 тысяч гродненцев пришли к зданию горисполкома, чтобы потребовать у власти Гродно признать результаты выборов недействительными и остановить насилие в отношение людей.

    Тихановская высказала восхищение белорусами и сочувствие тем, кто пострадал в эти дни.

    Сегодня в Telegram-канале МВД появилось сообщение, что в ведомстве озабочены проблемой перенаполняемости мест содержания задержанных.

    Работники табачки вышли на места и отказались работать, а после встретились с руководством фабрики и подготовили письмо со своими требованиями, пишет «Вечерний Гродно».

    ЦИК Беларуси огласил окончательные итоги выборов. Согласно этим данным, на выборах президента в 2020 году снова победил Александр Лукашенко.

    В МВД открывается «горячая линия», где будут сообщать «о местонахождении лиц, задержанных за участие в несанкционированных мероприятиях».

    В пятницу, 14 августа, утром с редакцией связались рабочие «Гродножилстроя», которые принимали участие во вчерашней встрече с властями, пишет «Вечерний Гродно».

    Все новости